Акулы бизнеса просто обязаны быть в курсе всех политических новостей, так как они напрямую сегодня влияют на экономику, а значит знают, что не так давно произошёл деловой спор между Эльвирой Набиуллиной и Германом Грефом.

Спор был о ключевой ставке. Герман Греф приводил аргументы в пользу понижения ключевой ставки, а Эльвира Набиуллина была непоколебима и сказала, что снижать ничего не будет.

Я лично выслушал аргументы обеих сторон и могу выбрать сторону, которая мне больше импонирует. Я поддержу Эльвиру Набиуллину.

Я думаю, что Герман Греф переживает не столько за страну и граждан, сколько за Сбербанк. Ну, его осуждать не будем. Он является главой Сбербанка и кому, как не ему переживать за своё детище. Пока учётная ставка остаётся высокой, кредитование для населения становится неподъёмным и с большой долей вероятности сейчас кредитный отдел в Сбербанке просто-напросто простаивает. А вот обязательства по выплатам депозитных вкладов никто не отменял. И думаю, Германа Грефа беспокоит один вопрос: «Откуда банк возьмёт деньги, чтобы расплатиться по вкладам, проценты по которым огромные?». В нормальных условиях банк платит проценты по вкладам из процентной маржи (разницы между доходом от кредитов и расходами на депозиты). Сейчас нет доходной части, но есть большая расходная.

Если банковские доходы падают и не покрывают обязательства по процентам по вкладам, банк начинает испытывать проблемы: убытки, сокращение капитала, что в долгосрочной перспективе может привести к потере ликвидности и, в худшем случае, к банкротству.

Существуют, конечно, «экономические костыли» чтобы удержаться какое-то время на плаву. Такие как: рефинансирование в Центральном банке, государственная поддержка, сокращение расходов и оптимизация деятельности. Но это всё временные решения. Вот эта ситуация и беспокоит Германа Грефа.

А что же говорит Эльвира Набиуллина. Почему так упирается снижать учётную ставку?

Эльвира Набиуллина говорит, что слишком быстрое снижение ключевой ставки может вызвать резкий скачок инфляции.

Из высокой учётной ставки вытекают дорогие кредиты. Дорогие кредиты приводят к уменьшению расходов населения, что в свою очередь обеспечивает падение спроса на товары и услуги. Продавцам становится сложнее повышать цены, и инфляция замедляется. Всё элементарно!

Сейчас приведу самый яркий пример. Вспомните как дорожала недвижимость. Цены на квартиры росли астрономическими темпами. Когда кредиты стали дорогими, то спрос на недвижимость резко упал и цены на квартиры резко остановились, а в некоторых регионах даже откатились назад. Сейчас застройщики не только не поднимают стоимость квадратного метра, но и предлагают «плюшки» только бы покупатель пришел к ним.

Да, те кто хотели в кредит купить квартиру или машину сейчас выбирают сторону Германа Грефа, а я вот, все-таки, приверженец поговорки: «Протягивайте ножки по одежке». Первичные потребности любого общества — это продукты питания, и если не сдерживать инфляцию, то потребительская корзина станет настолько дорогой, что большинство населения начнёт голодать.

Во время дискуссии чтобы доказать свою версию Герман предложил Эльвире эксперимент — снизить ключевую ставку и посмотреть, как отреагирует экономика. Герман уверен, что как только подешевеют кредиты, предприятия активно начнут брать деньги взаймы и развиваться, начнётся запуск новых производств, закупаться современное оборудование, создаваться рабочие места, и будут генерироваться доходы, с которых предприятия будут платить налоги и пополнять казну. Большое количество предприятий и производимой продукции обеспечат конкуренцию, в результате которой рост цен на производимую продукцию не грозит, а значит не стоит переживать и за инфляцию.

Послушав Грефа, его аргументы кажутся вполне логичными, но ответ Эльвиры Набиуллиной оказался достаточно жестким. Эльвира сказала, что Банк России не собирается проводить подобные эксперименты.

Чтобы понять позицию Эльвиры Набиуллиной, важно знать, как работает денежно-кредитная политика. Если кредиты резко подешевеют, люди и компании начнут активнее занимать деньги – это факт. А вот то, что предприятия смогут так же быстро увеличить производство – совсем не факт. Эльвира Набиуллина мудро подметила, что на многих предприятиях сейчас наблюдается нехватка рабочих рук, и многие предприятия готовы развиваться и на свои, а не заёмные средства, но не могут набрать в достаточном количестве квалифицированных специалистов.

А если товаров и услуг больше не становится, а покупателей становится больше, как результат — начинают расти цены. В экономике называют этот процесс инфляционным давлением.

Именно поэтому Банк России опасается ситуации, при которой экономика получит не ускорение роста, а сочетание слабого производства и высокой инфляции. Такое состояние называется стагфляцией и считается одним из самых сложных для любой страны.

Безусловно, этот спор показывает, насколько сложно сегодня найти баланс между поддержкой экономики и борьбой с ростом цен.

Так кто же все-таки прав?

Как я сказал ранее, я придерживаюсь мнения Эльвиры Набиуллиной, а вот на Финансовом конгрессе, где и завязалась дискуссия, голоса поддержки разделились.

Думаю – это разделение голосов поддержки связано с тем, что и Герман, и Эльвира правы по-своему. Герман Греф обращает внимание на реальные проблемы бизнеса: дорогие кредиты действительно ограничивают инвестиции и могут замедлять экономический рост. Эльвира Набиуллина напоминает о другой стороне вопроса: слишком быстрое снижение ставки способно разогнать инфляцию и свести на нет уже достигнутые результаты.

Иными словами, они говорят о разных рисках. Для бизнеса главная опасность — длительное отсутствие доступного финансирования. Для Банка России — потеря контроля над ростом цен. Именно поэтому спор оказался таким оживленным.